ВВЕДЕНИЕ Сказка понятие обобщающее. Наличие определенных жанровых признаков позволяет отнести то или иное прозаическое произведение к сказкам. Жизнь сказки - это непрерывный творческий процесс. В каждую эпоху происходит частичное или полное обновление сказочного сюжета. И на примере сказки П.П. Ершова "Конек-горбунок" мы проследим проявление народных традиций в литературной сказке. АНАЛИЗ П.П. Ершов еще будучи гимназистом увлекался фольклором. "Среди стариков он внимательно прислушивался к рассказам о поверьях, обычаях, жизни русского народа". В 1834 году сказка Ершова предстала на суд взыскательной публики и до сих пор является образцом литературной обработки народной сказки. В чем же ее особенность? На мой взгляд в отношении писателя к форме повествования: здесь ощущается влюбленный в свое дело русский сказочник, а не просто писатель, интерпретирующий сказку. Кроме того, "Конек-горбунок" состоит из ряда сказочных сюжетов, которые появляются в народных сказках. Например: " Отец поручает трем сыновьям оберегать свое добро, а выполняет это младший сын (в народной сказке это вариация конфликта главного героя с социальными силами - предательство старших братьев или тема несправедливого раздела имущества). " Чудесный конь помогает положительному герою. " Перо чудесной птицы приносит горе и т.п. Все эти мотивы встречаются в сказках "Сивка-бурка", "Свинка - золотая щетинка", "Жар-птица и Василиса-царевна". Ершов в сказке удивительно точно передает мифическое мироощущение народа. Уже с первых строк мы видим не невежественный русский народ, с ограниченным кругозором, а ум способный мыслить возвышенно, величественно. Ершов не просто говорит, что в такой-то семье живет такой-то мужик, а выносит повествование за рамки обыденности на какой-то вселенский простор: За горами, за лесами, За широкими полями, Против неба - на земле, Жил старик в одном селе. Село - это частичка вселенной, но автор показывает и более реальную жизнь крестьянского народа: Братья сеяли пшеницу Да возили в град-столицу: Знать, столица та была Недалече от села. В сказке по народному показаны и праздничные стороны крестьянского труда Чистить коней начинает, Умывает, убирает, Гривы длинные плетет, Разны песенки поет…
А убрав их в оба чана Нацедить сыты медвяной И насыпал дополна Белоярого пшена Сказочный мир Ершова органично слит с крестьянской повседневностью и даже волшебные, сказочные образы обладают земной красотой, земными чертами. Например, Жар-птица - это ветер, облако, молния плюс жар в крестьянской печи, рыжий петух за околицей. С ней связан и образ зарницы (когда над хлебным полем вспыхивают огоньки). Царь-девица живет в сказочном золотом дворце, этот мотив тоже взят из народного фольклора, точнее периода языческих поверий о дворце бога - Ярилы. Подъезжают; у ворот Из столбов хрустальный свод; Все столбы те завитые Хитро в змейки золотые, На верхушках три звезды, Вокруг терема сады, На серебряных там ветках В раззолоченных во клетках Птицы райские живут. Ершовский Иванушка - типичный персонаж русского фольклора. Он дурачит окружающих, разыгрывает из себя глупца. Он не жаден, ему не нужны деньги, почести и слава. Среди других героев Иванушка-дурачок, самый свободолюбивый человек. Он простодушен, но правдив. В общении с царем он свободен и смел: Чудно дело! Так и быть, Стану царь тебе служить. Только чур со мной не драться И давай мне высыпаться, А не то я был таков. Образ Конька-Горбунка, можно сказать "двойник" Иванушки-дурачка. Иванушка-дурачок под своей глупость прячет качества, которые свойственны русскому богатырю, Конек-Горбунок - "паршивенький" жеребенок, который также таит все признаки могучего коня. Конек-Горбунок не только чудесный помощник (как в народной сказке), а еще и верный друг и товарищ. Ершов сохраняет традиционные повторы в сказке (братья идут сторожить хлеба), совмещает народные и литературные традиции того времени. Ершов уловил и воплотил в своей "волшебной сказке" самую суть народной культуры, которая связана с ранними языческими и с более поздними христианскими представлениями.
Тем временем:
... О Лайзе не могу сказать ни одного дурного слова. Но не ладится. И не у меня одного. Куда ни посмотри - то же самое; поневоле задумаешься.
Не буду утомлять тебя рассказами о себе и Салли. Да и зачем - ты был шафером, она тебя всегда любила. Помнишь, как ты к нам приезжал? Она не изменилась - все та же легкая улыбочка... но, конечно, стареем, не без того. Муж ее тоже врач, - смешно, а? - живут они недалеко, в Монтклере. У них приятный дом, и сам он там на очень хорошем счету. А мы жили в Медоуфилде, помнишь?
Помню нашу с ней первую встречу после того, как она вышла за Макконеги... знаешь, у нас вполне дружеские отношения. У нее был красный лак на ногтях и новая прическа, тоже короткая, но другая. И на сумочке - новые инициалы. Забавно - увидеть свою жену в незнакомом платье. Кстати, мы с Лайзой женаты восемь лет, а разошелся я в двадцать восьмом.
Ну, конечно, летом у нас гостят дети. Нынче летом приедет Барбара - Бада отправляют в лагерь. Бывает и сложновато, но стараемся. Как же иначе? Тем более, летом на Лонг-Айленде не соскучишься. Лайза с ними отлично ладит - Салли правильно их воспитала. Да и сам Макконеги со мной очень мил. Дал мне замечательную пропись от простуды - теперь запасаюсь каждую зиму. И Джим Блейк - первый муж Лайзы, теперь мы стали с ним встречаться - вполне интересный человек. В общем, мы все ведем себя ужасно мило - милее и вежливее некуда. И я иногда думаю: а не лучше было бы, если бы кто-нибудь стал закатывать истерики и бить посуду. Это, конечно, шутка.
Ты приехал к нам на выходные в Медоуфилд - может быть, не помнишь, - когда Баду было месяцев шесть, а Барбара уже бегала вовсю. Дом был неплохой - если ты помнишь этот дом. В голландском колониальном стиле, и вентиль в кладовой тек. Хозяин беспрестанно чинил его и все не мог починить. А когда ты сдавал задом в гараж, надо было круто завернуть влево. Но Салли любила нашу японскую вишню, и дом был неплохой. Со временем мы думали построиться на Роуз-Хилл-род. Денег, правда, еще не было, но участок присмотрели и рисовали планы. Салли вечно забывала отметить на плане двери, и мы над этим смеялись.
Был обыкновенный вечер, ничего исключительного. После ужина мы уселись на лужайке в шезлонгах и пили Саллино пиво - это было задолго до отмены сухого закона...
